Мнение Путин и Си Цзиньпин оценят мировые вызовы Почему «телеразговор» между главами государств самый значимый в 2021 году Михаил Щипанов
Если намеченная на 15 декабря беседа Владимира Путина и Си Цзиньпина — двух, пожалуй, самых независимых современных лидеров — состоится, то интерес к ней во всём мире будет не меньшим, чем к недавнему дистанционному общению российского лидера с американским президентом Джо Байденом. Весьма характерно, что новый разговор с помощью надёжно защищённого канала связи завершает переговорно-дистанционный треугольник: предыдущие контакты Байдена с председателем Си и президентом Путиным. И по политической логике последний «телеразговор» самый значимый, поскольку он подводит итоги общения глав государств с комплексом взаимных интересов и противоречий.
Конечно, аналитики сразу обратят внимание на протяжённость предполагаемых российско-китайских переговоров, которые не первые в этом году. Учитывая, что разговор Байдена и Си Цзиньпина длился три часа, а Байдена и Путина — два часа. Но повторимся, в этом году лидеры РФ и КНР уже созванивались в августе, ещё раньше вместе запускали строительство новых блоков АЭС, сооружаемых в Китае при российском содействии. Так что, возможно, завтра им предстоит просто подвести итоги непростого года и, что куда важнее, обменяться мнениями по поводу политики третьей страны. И все прекрасно понимают, какой именно.
Китай всё масштабнее вытесняет Россию с позиции главного противника того мира, где безраздельно властвуют США. Вашингтону всё труднее решать явную «квадратуру круга»: как совместить постоянное давление на Россию всеми средствами, включая откровенно криминальные, отбрасывание и сдерживание её по всем направлениям с попыткой отколоть от Китая, а также замедлить сближение с Поднебесной. Тем более что и в Москве, и в Пекине прекрасно отдают себе отчёт в надёжности заокеанских обещаний и гарантий. А потому в Кремле нет особых иллюзий по поводу некоторых якобы уступок Байдена в украинском вопросе, который, собственно, и инспирировался для давления на Москву, а теперь используется в качестве предлога для дипломатической «разводки».
Недаром заместитель министра иностранных дел России Сергей Рябков не исключает в недалёком будущем коллизий уровня Карибского кризиса. Пекинские представители также допускали применение самых решительных мер в случае продолжения вмешательства США и их союзников в китайскую политику в Гонконге и практики превращения острова Тайвань, который китайцы считают неотделимой частью своей территории, в американскую военную базу.
Новая тема для беседы Путина и Си Цзиньпина — использование англосаксами спорта в качестве инструмента политического давления. Известно, сколь грубо этот рычаг с опорой на послушное большинство в Международном олимпийском комитете и в международных спортивных федерациях был использован против России, которая и на грядущей зимней Олимпиаде в Пекине по-прежнему будет лишена своего гимна и флага.
Теперь в несколько ослабленном виде этот «вирус» спешат запустить и в Пекине. Соревнования собираются бойкотировать официальные западные делегации, при том что их в Китае особенно и не ждали. Но тут важен сам демарш, а в ходе самой Олимпиады дело может дойти и до прямых антикитайских провокаций. И в этой связи будет глубоко символично, если уже в ходе завтрашнего разговора Путин подтвердит своё намерение прибыть на открытие Олимпийских игр. А значит всё равно в Пекине будут наши и флаг, и герб.