Мнение Россия – Украина. Сражения пропагандистского фронта Как развернулось информационное противостояние «коллективного Запада» и РФ вокруг слухов о военных планах Москвы Максим Артемьев
Современные войны, «войны XXI века», во многом протекают не так, как боевые столкновения прошлого. В мире Интернета и массовых коммуникаций чрезвычайную важность приобретает информационная подготовка и противодействие. США это поняли после Вьетнама, где проиграли именно не на полях сражений, а в телеэфире. С тех пор все американские войны организуются и проводятся при мощнейшей медийной поддержке.
Россия извлекла урок во время первой чеченской войны, которая в информационном плане была полностью провалена. Но уже через три года, в 1999-м мы увидели совсем иной подход к освещению боевых действий. В 2008 году, во время пятидневной войны с Грузией, пропагандистской работе было отведено важное место. Едва прозвучали первые выстрелы в Южной Осетии, как государственные СМИ моментально перешли в экстренный режим передачи информации по заранее подготовленным сценариям.
В 2014 году во время событий в Крыму и в Донбассе приходилось всё время импровизировать, ситуация менялась постоянно. Крупным провалом стал съезд депутатов Юго-Востока в Харькове 22 февраля. Предполагалось, что он даст сигнал для непризнания переворота в Киеве и к началу борьбы с захватившим власть Евромайданом. Российские телеканалы даже изменили сетку вещания, включили прямую трансляцию из Харькова. Но ничего не произошло, пар был выпущен впустую.
Война в Карабахе 2020 года ещё раз напомнила о важности информационного обеспечения — Азербайджан смог подготовиться к началу боевых действий и застал Армению врасплох, внезапно объявив о широкомасштабном контрнаступлении. Тогда только американское посольство призвало своих граждан соблюдать осторожность за два дня до начала боевых действий.
Сегодня американский Госдепартамент снова проявляет повышенную активность, делая заявления о сосредоточении российских войск на границе с Украиной. И в такой ситуации важно наблюдать за тем, как и РФ, и Украина (а вместе с ней и коллективный Запад) ведут информационную войну то ли накануне вспышки боевых действий, то ли в рамках сложной политической и дипломатической игры. Выстрелы, возможно, вовсе не предусматриваются, зато пиар-кампания приобретает самодовлеющее значение, и, соответственно, всё решается на полях пропагандистских сражений.
Итак, основным поставщиком новостей и нагнетания ситуации выступает Запад, в первую очередь, США. Госсекретарь Энтони Блинкен грозит «серьёзными последствиями», его заместитель Виктория Нуланд — «небывалыми санкциями». Перед этим несколько раз организовывались «утечки» из американской разведки — о военных приготовлениях Кремля писали ведущие американские издания. Любые возможные действия Киева в Донбассе при этом игнорируются.
Россия в свою очередь резко отвергает любые инсинуации на тему своих военных планов. Москва отвечает, что речь идёт о перемещениях войск внутри страны и о начале очередных учений. Однако со своей стороны РФ также проводит кампанию в СМИ. Напомним только некоторые факты самого последнего времени.
Пресс-секретарь Владимира Путина Дмитрий Песков охарактеризовал как «прямую угрозу» заявление украинского президента Зеленского о том, что возвращение Крыма должно стать главной целью и философией республики. По его мнению, подобные слова говорят о намерении Киева использовать все возможности, в том числе и силовые, для возвращения Крыма.
Представитель МИД РФ Мария Захарова обратила внимание на 125 тысяч военнослужащих, подтянутых Украиной в район Донбасса. Глава ДНР Денис Пушилин в эфире «России 24» сказал, что его республика может обратиться к Москве и Минску за помощью в случае обострения. В СМИ крупным планом показали аресты «украинских диверсантов».
Сам Владимир Путин тоже озвучивал свою позицию. Он напомнил про «красные линии» на Украине в связи с возможным размещением там ракет, нацеленных на Россию. Ещё ранее, летом, вышла его статья об историческом единстве двух народов, которую уже осенью продолжил своим текстом Дмитрий Медведев. Также Путин президентским указом открыл российский рынок для товаров из ДНР и ЛНР.
В ряде СМИ, в том числе во вполне официозной «КП», появился Игорь Стрелков со своими прогнозами о том, что ВСУ в любой момент могут начать наступление в Донбассе. А ведь Стрелков мало интересовал журналистов в «обычное» время.
Таким образом, информационная политика российской власти строится следующим образом. Приготовления на случай вспышки военных действий отрицаются или замалчиваются, внимание фокусируется на действиях ВСУ и украинской власти в целом вокруг Донбасса. Одновременно в дело включился основной внешнеполитический союзник России — Минск. В своём интервью Дмитрию Киселёву Александр Лукашенко сказал много сенсационного, начиная от возможного размещения на территории его страны российского ядерного оружия до — самое главное — того, что в случае конфликта Белоруссия будет вместе с Москвой. И как будто по заказу Виктор Янукович напомнил о себе, подав в украинский суд иск, оспаривая своё отстранение от должности.
Можно предположить, что население дозированно готовится к возможности чего-то экстраординарного на украинском направлении. Например, к провокации Киева и закономерному ответу Москвы. Одновременно идёт наступление и на западном направлении — посылается внятный сигнал и НАТО, и Украине не переходить «красные линии», не пытаться силой решить проблему в Донбассе. Мол, Россия готова использовать и силу для защиты своих интересов, если её мнение не будет учтено. И тут не важно, планирует ли РФ воевать в действительности. Главное — внушить и не оставить сомнений в том, что Кремль не бросает слов на ветер.
Украина несколько парадоксальным образом, напротив, до последнего момента отрицала возможность скорого начала конфликта. Её тактика строилась на тезисе «нас не запугать», поэтому угроза военного вмешательства РФ всячески преуменьшалась. Сам президент Зеленский не педалировал эту тему, а предпочитал говорить о подготовке переворота олигархами. И лишь в последние недели украинская власть плавно перешла к тезисам о войне с Россией в январе-феврале 2022-го, как это сформулировал начальник военной разведки Кирилл Буданов. Но опять — все дружно демонстрируют спокойствие и уверенность. И советник администрации президента Алексей Арестович, и министр иностранных дел Дмитрий Кулеба публично уверяют, что у Украины имеются продуманные планы по отражению «вторжения» и что в Россию пойдёт «поток гробов».
Одновременно отрицаются планы того, что Украина будет вооружённым путём решать проблему в Донбассе. Однако показательно публично запускается информация об использовании «Байрактаров» и «Джавелинов». То есть главный посыл с украинской стороны — «мы в курсе происходящего, не боимся, полностью готовы и рассчитываем на помощь Запада. И если что-то произойдёт, то только по вине и инициативе России».
И Россия, и Украина стараются отрицать свои приготовления. Каждая из них старается привлечь внимание к действиям и планам другой стороны. Киев пытается представить себя частью западного мира. Москва презентует союзника в лице Минска. Зеленский боится напугать украинцев войной в условиях резко усилившейся внутриполитической нестабильности, хотя, с другой стороны, «маленькая победоносная война» способна поднять его рейтинг. Владимиру Путину, очевидно, не нужно обострение отношений с США в ситуации, пока не сертифицирован «Северный поток — 2» и Вашингтон пошёл на ряд уступок летом.
Последние сообщения о запланированной в ближайшие дни видеоконференции Путина и Байдена указывают на то, что Москва, возможно, достигает своих целей и подталкивает Запад к диалогу на равных.