Дмитрий КосыревВсе материалы
Подсчитали и прослезились: торговый дефицит США за прошлый год составил 859 миллиардов долларов. Причем из них 396,5 миллиарда приходится на первого торгового партнера США, то есть Китай.
Это называется — приехали. Напомним, что предшествовало нынешним рекордам (а они точно рекорды, по крайней мере, для Америки). Сначала была война — торговая, объявленная в 2018 году Дональдом Трампом под разговоры о том, что «Китай нас грабит». И было достигнуто соглашение, по которому Пекин обещал резко расширить закупки товаров ограбленного конкурента, а его товары на сумму в 550 миллиардов долларов начали облагаться в США повышенными налогами.Женщина проходит мимо электронного табло, показывающего индексы акций в Китае
А потом была «ковидная перезагрузка», которая в США как-то странно совпала с погромами 2020 года и прочими несчастьями, приведшими к смене власти. И вот сейчас не только в Китае, но и в Америке происходит бурное оживление: отскок статистики с прежних, упаднических, значений. Вся торговля США выросла на 27 процентов (рекорд), а Китай и вовсе преодолел планку в шесть триллионов в год (со всем миром, но с Америкой — не в последнюю очередь). То есть Китай прибавил за год 1,4 триллиона — таков был объем всей внешней торговли страны в начале 2000-х.
И что же получается: война и перезагрузка ничего не изменили в сложных для Америки экономических отношениях с глобальным конкурентом. Как только началось — с поправками — возвращение к нормальности, так она оказалась ровно той же, от которой кто-то пытался уйти годы назад.
Наш разговор не только о том, что торговая война и внешняя политика прежней администрации США были попросту глупыми и провальными: это-то не новость. Трамп и аналогично мыслящие крайне правые американцы всего лишь действовали по принципу «но ведь надо что-то делать» и, понятно, завалились. Важнее другое: само устройство мировой экономики с ее игроками номер один и номер два — США и Китая. Оно получается внутренне конфликтным, и быстрого выхода из него не прослеживается.
Понятно, что торговую статистику комментируют тучи экспертов по обе стороны океана. И самое сложное здесь — делать это с холодной головой, без лишних разговоров о «демократиях» и «автократиях». Так вот, именно в Китае сейчас проще найти таких людей.
Хотя и неумеренно радостных там сколько угодно: в конце концов, как не порадоваться сохранившейся позиции первой торговой державы мира или тому факту, что США сейчас вообще третий торговый партнер Пекина после исчисляемых коллективно стран АСЕАН и ЕС. Это для США Китай — проблема, потому что как был первым торговым партнером, так почему-то и остается.
Проблема в роли, которую играет Америка в глобальной экономике. Напомним, что торговые дефициты у нее обозначаются непрерывно с 1976 года. Иначе говоря, страна хронически живет не по средствам, расплачиваясь свободно печатаемыми долларами, а они берутся из тумбочки… то есть из постоянно растущего долга всякого рода.
Комментатор агентства «Синьхуа» объясняет: а что вы хотите, если печатаете самую распространенную валюту в мире, в такой ситуации просто невозможно не поддаться соблазну тратить больше, чем зарабатываешь. У них ведь там со всеми дефицит, не только со странами Азии. Упадок и развал производств — давний и хронический, растет только сектор услуг. При этом население, измученное упомянутой перезагрузкой и получающее в ходе таковой громадные долларовые подачки, хочет что-то покупать. Понятно, что это импортные, в том числе китайские, товары. Дальше будет только хуже, а тут еще новая стадия торговой войны: режим экспортного контроля для технологически сложных товаров, идущих в тот же Китай. Режим этот означает, что американскому бизнесу стало гораздо сложнее что-то экспортировать на самый желанный для него рынок.
И вот тут — с упоминания о технологиях — начинается многоголосый разговор о том, как дальше жить (Америке) и сколько еще она выдержит неестественную экономическую модель. Раньше было много иллюзий: ограничить чей-то импорт, выровнять торговый баланс и начать разгребать старые долги. Сейчас все сложнее.
Стратегия антикитайской борьбы администрации Байдена начала, похоже, формулироваться еще при Трампе: дело не совсем в объемах всех и всяческих товаров — надо взять под контроль технологии будущего и не допустить здесь окончательного отставания Запада от Китая. Пока что, как справедливо замечает «Синьхуа», это означает лишь еще большее увеличение американского дефицита. Но если живешь с ним с 1976 года, то это не главное.
Важно создать принципиально новый мировой порядок, где при любых объемах производства и торговли Китай не будет лидировать. И это не совсем экономика, она тут сыграет подчиненную роль.
Здесь надо обратиться к очередному замечательному труду очередного «геополитического реалиста» на страницах журнала Foreign Affairs. Он, как и положено прагматику, высказывает беспощадные мысли, например, будто ничто так не меняет карту мира и правила экономической игры, как хороший противник, в данном случае Китай. Когда появляется такой соперник, неважно, по идейным или весьма материальным соображениям, то летят на обочину все прежние священные коровы типа либерального порядка, свободы торговли и прочего.
И вот сейчас статья перечисляет все меры по технологической блокаде Китая с союзниками, меры, которые уже принимаются. Это соглашение в рамках «ключевых мировых экономик» G7, которые постоянно сговариваются, как не дать Китаю монополизировать самые современные технологии наподобие искусственного интеллекта или телекоммуникаций. Такие же сговоры зреют среди союзников США — вроде Австралии или Японии — они помогают своим компаниям уходить из Китая и создавать какую-то новую экономическую зону, исключительно западную. Ну и, не без того, Китай с союзниками надо окружить двойным кольцом военных баз и соглашений.
Это здание только начало строиться, мрачно замечает автор, и надо, чтобы стройке не помешали внутренние факторы, например, вот этот идейный и моральный раздрай, который мы ежедневно наблюдаем. А дефицит вообще не проблема, раз уж меняется весь миропорядок в целом.