Петр АкоповВсе материалы
Новый мир уже наступил — но не для американского руководства, которое предпочитает оставаться в плену старого миропорядка. Накануне отъезда Джо Байдена в Европу его помощник по национальной безопасности Джейк Салливан заявил, что США хотят исключить Россию из «Большой двадцатки» — клуба крупнейших мировых экономик.
«Что касается вопроса о G20, я просто скажу следующее: мы считаем, что Россия больше не может, как обычно, вести дела в международных институтах и в международном сообществе», — заявил Салливан, уточнив, что Вашингтон пока что изучает вопрос и США хотели бы проконсультироваться с союзниками, «прежде чем делать какие-либо дальнейшие заявления». Вопрос об участии России в клубе будет рассмотрен на саммитах ЕС и «Большой семерки», которые пройдут в четверг в Брюсселе с участием Байдена.
Эта новость идеально характеризует весь масштаб отрыва американской администрации от реальности — просто потому, что из «Большой двадцатки» нельзя никого исключить. Лидеры 20 крупнейших (по размеру ВВП) стран мира собираются раз в год для обсуждения различных вопросов мировой экономики — хотя политические вопросы, естественно, тоже обсуждаются, в основном в кулуарах и на двухсторонних встречах.
Да, формально «Двадцатка» выросла из «Большой восьмерки» — то есть объединения ведущих западных стран с участием России, которое после 2014-го вернулось в формат «семерки», — но давно уже переросла ее и стала самостоятельным и главным мировым клубом. Встречи «Большой двадцатки» на высшем уровне начались в 2008-м — после того, как мировой финансовый кризис показал всю ущербность выстроенной Западом глобальной финансовой системы и ее пагубное влияние на мировую экономику. Эпоха доминирования Запада, по сути, закончилась именно тогда — и сами англосаксы были вынуждены призвать к совместным действиям для спасения мировой экономики ключевые страны мира. «Большая двадцатка» объединяет Запад и Восток, Север и Юг — давая им возможность не только искать общие решения, но и разговаривать друг с другом.
Причем вторая возможность стала куда более важной, чем первая, — потому что провал англосаксонской модели глобализации (частью которой является и финансовая система) с каждым годом становился все очевидней. Так что у мировых лидеров оставалась хотя бы возможность собраться всем вместе раз в году — пока коронавирус не лишил их и этого.
Последний раз «Двадцатка» собиралась в июне 2019 года в японской Осаке. Следующие два саммита прошли в видеоформате, то есть были просто данью формальности. Но в конце октября этого года «Большая двадцатка» соберется на Бали — физически, а не виртуально. Сам по себе этот саммит станет важнейшей встречей года — потому что собраний не было три года, а мир изменился более чем серьезно.
Индонезийский остров уже, кстати, принимал крупный международный саммит — Азиатско-Тихоокеанского экономического сотрудничества (АТЭС), объединяющего, среди прочих, Китай, Россию и США. Тогда, в 2013-м, саммит проходил 7 октября — и утром Владимира Путина с днем рождения поздравлял в том числе и Си Цзиньпин, который только недавно стал председателем КНР (а вечером они вместе даже посидели за бутылкой водки, как потом выяснилось).
А буквально за месяц до этого Путин сам принимал у себя гостей — саммит «Большой двадцатки» в Петербурге. Там были и Си, и Обама — но уже тогда Россия перешла Рубикон в отношениях с США. Еще не было разворота Украины к России (после отказа Януковича подписать соглашение об евроинтеграции), но уже была договоренность Путина с Обамой о вывозе сирийского химического оружия, предотвратившая уже практически анонсированный удар США по Сирии. Отказ от удара стоил США остатков репутации на Ближнем Востоке (очень возмутились саудиты), и в Вашингтоне не простили Путину сделанного.
Но еще более важным было предоставление летом 2013-го убежища в России Эдварду Сноудену — беглому сотруднику АНБ, выдачи которого требовали американские власти. Именно тогда в отношениях США и России была пройдена точка невозврата — и все последующие события, включая Майдан на Украине, стали лишь следствием реакции Вашингтона на «возмутительное поведение» Путина летом 2013-го.
На следующий год «Двадцатка» собиралась в австралийском Брисбене — и в ноябре 2014-го Штаты попытались устроить изоляцию Путина на этом саммите. Не получилось, хотя наш президент и покинул мероприятие чуть раньше запланированного.
Создание «Большой двадцатки» само по себе стало символом неудачи атлантического проекта — а сейчас, в 2022-м, попытки Запада манипулировать ею и вовсе смешны. Кто поддержит Запад в стремлении исключить Россию?
«Двадцатка» делится ровно на две части: западный мир и незападный. К Западу относятся США, Великобритания, Германия, Франция, Италия, Канада, Австралия, Япония, Южная Корея и Евросоюз (он тоже входит в клуб). То есть это та самая «Большая семерка» с примкнувшими англосаксонской Австралией и зависимой от американцев Южной Кореей.
Другая половина «Двадцатки» — это Китай, Россия, Индия, мусульманские страны (Саудовская Аравия, Турция, Индонезия), латиноамериканские (Мексика, Аргентина и Бразилия) и ЮАР. То есть та самая незападная часть человечества, которая уже не присоединилась к попыткам Запада наказать Россию и «выпилить» нашу страну из мировой экономики. Потому что прекрасно понимает, что Россия выступает в качестве лидера переустройства миропорядка и если не помогать ей в этом, то завтра Запад попытается расправиться и с остальными сторонниками изменения мироустройства, с теми, кого не устраивают гегемонистские притязания атлантистов. Никто из незападной половины «Большой двадцатки» не собирается идти на поводу у Штатов и изолировать Россию — наоборот, они видят, как своими действиями Запад наносит огромный ущерб всей мировой экономике и выбивает несущие балки из здания мировой финансовой системы.
Более того, и в самом западном лагере все не так просто. Если англосаксонские страны едины в своем порыве (точнее, Канада и Австралия послушно следуют за США и Великобританией), то с остальными есть большие проблемы. Континентальные европейские державы (Германия, Франция и Италия) и так сейчас попадают в очень большую геополитическую зависимость от Штатов — и будут всячески противиться попыткам англосаксов окончательно опустить железный занавес между Европой и Россией. Да и Япония с Южной Кореей вовсе не горят желанием позволить изолировать себя от России — понимая, что их зависимость от американцев не вечна. В отличие от соседства с нашей страной.
Зачем же тогда Штаты, понимая все это, вообще поднимают тему исключения России из «Большой двадцатки»? Чтобы поднять боевой дух, то есть показать, что не остановятся ни перед чем в стремлении покарать Россию? Чтобы сменить тему — понимая, что набор реальных санкций против России уже практически исчерпан, хотят сосредоточить внимание на невероятном, но громко обсуждаемом исключении из «Двадцатки»?
На самом деле, все куда хуже: они действительно верят в то, что у них есть шанс «исключить» Россию. И это подтверждает, что Вашингтон плохо понимает происходящее в мире, думая, что может влиять на то, на что в реальности влиять уже не способен.
«Большая двадцатка» — это лишь прообраз будущего многополярного мира. Он будет устроен сложнее и с большей ролью региональных интеграционных объединений (вроде АСЕАН), но она не зависит от воли и влияния атлантистов. Только в выдуманном ими мире они могут «исключать» Россию — в реальном мире каждая такая попытка в итоге бьет по их собственным позициям, уменьшая их влияние.
И вызывая сомнения в адекватности — как англосаксов, так и их наиболее активных соратников. Польша, например, уже предложила заменить Россию в «Большой двадцатке» — но это имеет такое же отношение к реальности, как и предложение Украины занять место России в Совете Безопасности ООН.
Впрочем, если англосаксы хотят и дальше жить в виртуальном мире — это их проблемы. Нам это только на руку, ведь тем больнее будет их столкновение с реальностью. Новой реальностью — и в мире, и в самих Соединенных Штатах.